Главная » Молитвы » Шитая молитва

Шитая молитва

Подходит к концу строительство храма Новомучеников и Исповедников Российских на Лубянке, и мы продолжаем серию бесед с людьми, которые принимают непосредственное участие в благоукрашении этого храма. Сегодня мы беседуем в золотошвейной мастерской при Сретенском монастыре с Нонной Батытиной и Екатериной Пушкиной.

– Начнем разговор с того, над чем сейчас работает золотошвейная мастерская, участвующая в благоукрашении нового храма Сретенского монастыря.

Нонна Батытина: Мы называемся «золотошвейная мастерская», но направление нашей работы несколько шире: владыка Тихон благословил, чтобы мы делали всё, что связано с тканями в интерьере нового храма. Это очень большая и интересная работа.

И интересна она прежде всего тем, что представляется уникальная возможность выполнить цельный, продуманный декор храма.

Конечно, в первую очередь мы подстраиваемся под архитектуру и живопись. Основная задача – чтобы ткани были органичным дополнением, последним штрихом, который бы закончил единое цельное пространство.

Не повредить, а украсить. Вообще ткани в храме – это отдельная тема.
Это новые облачения и катапитасмы, литургические комплекты и работы по украшению алтаря и еще много другого, что создается специально для этого храма.

Если говорить, например, об облачениях, то при строительстве новых храмов очень часто бывает, что на тканевый декор либо уже не хватает денег, либо о нем начинают думать в самый последний момент, делая что-то непонятное.

В Сретенском монастыре при строительстве нового храма к проблеме подошли по-другому, и владыка Тихон предложил сразу сделать комплект новых облачений именно для нового храма. И сейчас эти облачения шьются с использованием уникальных тканей, специально вытканных для строящегося храма.

По сути, приходится сейчас делать небольшое производство, потому что объем работ весьма значительный.

Такой же подход был и при выборе иконографии, материалов и техники шитья литургических комплектов для нового храма. С одной стороны, не хотелось отходить от древних традиций византийского шитья, с другой – то, что храм строится в России в XXI веке со своей уникальной программой храмовой росписи, накладывало свой отпечаток на выбор иконографии и материалов.

Надеемся, что нам удалось достичь гармонии.

– Расскажите немного об истории вашей мастерской. Сколько лет она существует, с чего всё начиналось?

Нонна Батытина: Датой создания мастерской можно считать 8 сентября 1995 года – день праздника Сретения Владимирской иконы Божией Матери и 600-летия со дня основания монастыря. К этой дате было создано первое облачение – голубая фелонь: это был подарок нашему духовнику, наместнику монастыря – тогда еще архимандриту Тихону.

Потом в мастерской было сшито много вещей для Сретенской обители и других храмов и монастырей: это и иерейские облачения, митры, литургические комплекты, пелены, плащаницы, а также несколько облачений для архиереев.

А началось всё с первых служб в Сретенском монастыре; первые покровцы были сшиты на праздник Сретения Господня. Это была пробная работа. Когда мы узнали, что отец Тихон будет наместником подворья Псково-Печерской обители в московском Сретенском монастыре, то решили сделать очень простой литургический комплект.

И вот как раз на нем и служилась первая Литургия в Сретенском монастыре. Ничего другого просто не было.

Костяк нашей мастерской – три человека. На протяжении многих лет состав мастерской менялся, но в основном мы работаем втроем: я – руководитель мастерской, по образованию художник и искусствовед, Екатерина Пушкина и Ирина Шляндина – прекрасные мастера и художники.

Самые сложные и ответственные работы, шитье ликов в том числе, делает Ирина Ивановна.

Екатерина Пушкина: Первой нашей работой на самом деле были не покровцы, а аналойник для подворья Псково-Печерского монастыря – так назывался тогда Сретенский монастырь. У нас было свободное время, хотелось сделать что-нибудь полезное для храма. Сшили аналойник с жемчужным крестиком.

В общем, можно сказать, что всё началось с маленькой жемчужинки!

Получить профессиональное образование по церковной вышивке в то время было невозможно, и нам пришлось всё начинать с нуля. Это был 1994 год, еще не было Свято-Тихоновского университета с кафедрой церковного шитья, и не было ни одного учебного заведения, где бы подготавливали златошвеек.

Но в то же самое время были люди, которые с конца 1980-х годов стали возрождать искусство древнерусского лицевого шитья. В основном это были реставраторы и искусствоведы: они имели возможность видеть изнанку памятников церковного шитья, а затем пытались повторить их.

Начав нашу работу, мы стремились сотрудничать именно с такими реставраторами – специалистами очень высокого уровня. Одной из первых нам стала помогать Инна Исидоровна Вишневская, заведовавшая фондами Музеев Московского Кремля, и мы памятники шитья изучали именно там.

Шитая молитва

– В вашей мастерской только профессионалы, или вы еще кого-то привлекаете? Как сейчас организована у вас работа?

Ведь объем немалый.

Екатерина Пушкина: За 20 или даже больше лет, что мы работаем, были опробованы разные формы организации мастерской. Мы работали то чисто профессиональным сообществом, не привлекая никого, то – при больших проектах – привлекали много людей; то расширялись, то сужались, но костяк оставался неизменным со дня основания мастерской.

В конце концов у нас сложилась такая форма существования, когда мы шьем вместе с прихожанами. Обучение происходит не так, как в учебных заведениях, у нас нет учебного плана: человек получает первые навыки шитья и, по возможности, быстро включается в практическую работу.

Любому находится свое место. И как показало время, это замечательная форма организации труда. К нам в мастерскую приходят очень разные люди, разных возрастов, разных профессий.

Есть многодетная мать, у которой семеро детей и которая сейчас уже счастливая бабушка, есть Герой Труда, которая еще БАМ строила, есть полицейские, бухгалтеры, военнослужащие, парикмахеры, математики… – всех и не перечислить. Так, вышивая, мы и объединились в некое сообщество.

Люди вкладывают свое время, свои силы, но при этом все уходят домой после такого трудового дня очень радостные и наполненные. Вначале мы не знали, к чему придем, но это выросло именно в такое сообщество, и все очень хорошо работают.

Сейчас мы шьем литургический комплект для нового храма, большой, многофигурный. Пока не знаем, что будет, когда мы закончим, но надеемся, что мастерская продолжит существовать и будет и дальше работать во славу Божию и на благо Сретенского монастыря.

Люди очень хотят помочь храму, что-то сделать для этого храма, и они очень благодарны и счастливы, когда им Господь предоставляет такую возможность. А когда они понимают, что делают такие сакральные вещи, как литургический комплект, который будет использоваться во время Евхаристии, то они особенно счастливы.

Для всех это очень много значит.

– Можете вы назвать какую-нибудь характерную особенность, специфику вашего ремесла?

Нонна Батытина: На Руси это искусство исторически развивалось как вклады в монастыри и в храмы. Сохранилось много вкладных надписей на покровцах и пеленах примерно такого содержания: «При таком-то царе такой-то вложил сию пелену в такой-то монастырь на вечное поминовение и в благодарность о том-то» – и тому подобное. Как правило, вкладывали с просьбой о помощи или «на помин души», с благодарностью Господу о чем-то.

Сохранились различные предметы этого искусства, которые свидетельствуют о том, что шили как мастерские царей и цариц, знатных бояр, так и простые посадские люди. Конечно, вклады простых посадских людей были много скромнее царских или боярских, но они были и принимались монастырями с благодарностью.

Екатерина Пушкина: Этот вид искусства традиционно требовал больших материальных затрат, чем и объясняется то, что по большей части им занимались в боярских и царских семьях, так как это были люди, имевшие большой достаток. В средневековье на Руси ткани были вообще очень дорогие, их привозили из-за границы, и позволить себе это могли очень немногие.

Владелицы златошвейных мастерских также имели возможность нанимать профессиональных вышивальщиц, приглашать иконописцев, которые делали прориси основной композиции и занимались вкладными и литургическими надписями.

Нонна Батытина: В общем, надо признать, что этот вид искусства относился и относится к роскоши. Искусство шитья очень дорогое, в первую очередь потому, что тут используются дорогие материалы: жемчуг, золото, камни, натуральные шелковые нити, иногда прокрашенные «под заказ», ручная работа, дорогие ткани.

И получается, что в Церкви не все могут себе позволить сделать так, как хотелось бы. Редко бывают такие заказчики, которые могут оплатить работу так, чтобы сделать все по-настоящему качественно.

Так что этот действительно дорогой вид искусства в наше время сталкивается с определенными трудностями.

Но сейчас создалась уникальная возможность, как вот теперь в Сретенском монастыре, когда вместе с профессионалами работают и любители – простые прихожане, которые хотят сделать что-то для монастыря своими силами, сделать свой вклад, как это делали в старину. Монастырь очень помогает этому и поддерживает такую инициативу, все вышивается здесь, в стенах обители, и это очень правильно.

– Что такое все-таки вклад применительно именно к золотому шитью?

Екатерина Пушкина: Что касается вкладов, то, как правило, эти вещи шились как некое моление, материализованное в таких прекрасных вещах. Надписи, которые мы читаем на древних вещах, говорят о том, что молились о разных нуждах.

Просьбы были самые разнообразные: о чадородии, об избавлении от какой-то болезни; были вклады об упокоении кого-то из родственников. Это, можно сказать, шитая молитва, а так как вещи служили долго, столетиями, то и люди, имена которых вышивались на литургическом комплекте, поминались веками.

Нонна Батытина: Наша работа сейчас действительно идет как вклад: каждый приходит и вкладывает свой труд. Очень трогательно люди к этому относятся, с трепетом, с огромной любовью и отдачей, и очень отрадно это видеть, ведь сама по себе работа довольно кропотливая.

Екатерина Пушкина: Человеку вообще свойственно рукоделье, это у нас природное, а вот когда есть возможность переключиться с бытового рукоделья на работу над вещами, которые потом будут участвовать в богослужении, – это очень интересная задача. Те, кто у нас в мастерской работают, уже не успевают дома крестиком вышивать.

– А сколько примерно человек прошло через этот конкретный проект?

Екатерина Пушкина: Человек 15. Многие из них уже несколько лет в мастерской обучаются и шьют.

– Все вышесказанное еще раз подтверждает тот факт, что материальные средства не решают всех вопросов церковной жизни, правильно?

Нонна Батытина: Если бы всё упиралось исключительно в материальный вопрос, то было бы хуже. Эта работа отличается тем, что это не какой-то заказ за деньги, тут надежда многих людей возлагается на то, что Господь услышит их молитву.

О admin

x

Check Also

Молитва от врагов

Сильная молитва, дающая защиту от врагов Где искать защиту от врагов и злых языков, как ни у Господа и Его Великого воинства – Ангелов, Архангелов и Святых Угодников.

Сильные православные молитвы от сглаза и порчи

Православные молитвы от сглаза и порчи — избавьтесь от чар при помощи веры Православные молитвы от сглаза и порчи — это сильная защита от любого колдовского влияния, которое может быть наложено на ваших близких родственников.

ООО — Информатик Плюс — 1С-франчайзи в Альметьевске

Дуrsquo;а (молитвы) на все случаи жизни Дуrsquo;а (мольба) является одним из видов поклонения Аллаху. В Коране Господь говорит: Обращайтесь ко Мне с дуrsquo;а - и Я отвечу вам". В этой связи в Сунне Пророка (мир ему и благословение) встречаются многочисленные примеры того, как и каких случаях желательно обращаться ко Всевышнему, чтобы заслужить Его милость, снискать благословение (бакакят) и защиту.

Молитва для привлечения денег

Православные иконы и молитвы Информационный сайт про иконы, молитвы, православные традиции. Молитва для привлечения денег Спаси, Господи!;. Спасибо, что посетили наш сайт, перед тем как начать изучать информацию, просим подписаться Вас на нашу группу Молитвы на каждый день.